+7 (495) 229-50-70
10:00 - 19:00 пн-пт, сб (11:00 - 19:00)
+7 (903) 151-36-04
Дежурный тел. (10:00 - 19:00)
О компании   |   Контакты   |   Туристам   |   Корпоративным клиентам   |   Агентствам
Туры по регионам



Подписка на рассылку
Узнайте первыми о новостях, скидках и спец.предложениях

 
Отписаться от рассылки »

Мы в социальных сетях

Туры по видам активности

Туры по стоимости

Внутренние курсы валют для всех типов оплаты
на 23.08.2017 ( СЕГОДНЯ )
$ = 60.8108 руб.
€ = 71.6777 руб.
на 24.08.2017 ( ЗАВТРА )
$ = 60.9051 руб.
€ = 71.6488 руб.
Главная  >  Статьи  >  Так иногда бывает в жизни. Рассказ Игоря Похвалина о поездке в Африку.

Статьи

Так иногда бывает в жизни. Рассказ Игоря Похвалина о поездке в Африку.
Так иногда бывает в жизни. Рассказ Игоря Похвалина о поездке в Африку.

Так иногда бывает в жизни. Рассказ Игоря Похвалина о поездке в Африку.

Дата: 31.07.07
Автор: Игорь Похвалин
Источник: www.7summits.ru
Раздел: Отзывы туристов
Так иногда бывает в жизни, готовишься к одному, а получается совсем другое. Вот так и я,  готовился к восхождению на Маккинли в Северной Америке, а  взошел на Килиманджаро,  в Экваториальной Африке. Мне совсем не свойственно легкомысленно менять планы, тем более что подготовка к непростому снежно-ледовому восхождению на  Денали, 6195 м, ( то же самое что Маккинли, только звучит лучше и короче), кардинально отличается от восхождения  на Ухуру, 5895 м, ( а это название высшей точки Килиманджаро) с его несложным  рельефом соответствующем нашей 1Б – 2А категории сложности. Об этом восхождении  я   хочу рассказать.
Килиманджаро – горный массив вулканического происхождения, является самой высокой в мире отдельно стоящей горой, расположенной в 300 км к югу от экватора в Танзании. После  этой фразы можно надёргать компиллятов из Интернета и выдать их за свои собственные размышления. Самолёты летают быстро, Земля, по определению, круглая, так  что детальные описания уже известных моментов теряют свою Жюльверновскую привлекательность. Конечно, мог бы искусственно увеличить объём текста, но не хочу. После собственных измерений высот и расстояний не очень доверяю путеводителям и разным «завлекалочкам» типа: «Эверест – это для вас».  Не для  всех Эверест и обманывать доверчивых путешественников нехорошо.
Теперь про Африку.
Источники:
1 . Корней Чуковский  «Айболит» - читал с детства. Выяснил, что не стоит нам «по Африке гулять», что там множество очень плохих ситуаций для ребёнка, не достигшего половой зрелости, а именно - «…гориллы, злые крокодилы» и прочая непознанная вудовская фигня. Хотя я и доктор, лечить голубых мартышек от СПИДа я не собираюсь. Этот источник хоть и самый правдивый, но уж больно  бьёт по моей  ранимой пионерской душе.
2. Эрнест Хэмингуэй. «Зелёные холмы Африки», «Снега Килиманджаро», «Недолгое счастье Фрэнсиса Макомбера».  Хорошо он там пишет только о самом себе – любимом. Про гору  и скелет леопарда только в эпиграфе,  да и то только чтобы нас заинтриговать своим шепотом такого вот Гуру о непонятности бытия и полной странности в поведении леопардов. Отвечу: леопарды ходят к кратеру Кибо за солью.  Соль – это наркотик Джунглей. «И нет там ничего, ни золота, ни руд, там только то всего – что гребень слишком крут….» - это не про леопарда. Это – про нас. Вот за этим мы и ходим. Но спасибо тов. Хэмингуэю, ходим без винтовок и ходим гораздо выше саванны с её недобитой ещё живностью.
 Мои источники я перечислил. Их немного, но достаточно, если не считать ещё пару фундаментальных изданий по Африке и советов известного африканиста Саши Шевчука (хотя его богатый опыт касается в основном Западной Африки). Лучший способ изложения – это собственный дневник с комментариями. Этого принципа я и буду придерживаться. Итак:
17.06. В 10 .00 на Курском вокзале встретились с Сашей Абрамовым. Поехали к нему на Большой Каретный. Здесь жил Высоцкий. Это очень правильно, дело начинать с Высоцкого. Это он и про меня сказал  «…значит, нужные книжки ты в детстве читал», если я, через несколько часов,  улечу в Африку, один, на Килиманджаро. На Каретном,  за сковородкой жареной картошки, обсудили возможность передачи сообщений о моём предстоящем  восхождении на risk.ru. Потом  оформили на  Цветном Бульваре мой пакет связи  с МТС и расстались. Уже в 15.00 я добрался на электричке до Домодедова и планово полетел в Доху. А там, на улице, настоящая  «Доуховка». Кому-то  «Буря в пустыне»,  а этим шейхам местным – так, мать родная. Поднялись они тут на непонятных операциях с нефтью и прочей  иракской движимостью и очень даже  щеголяют в своих белых нарядах. Аллах им Акбар.                                                                                                                18.06.    Что до меня,  то я часов 5 слонялся от монитора к монитору  до своего рейса в Найроби. И полетел, наконец. Рядом девушка, тёмненькая, симпатичная… Глаза у неё – русские. Я её по-русски и спрашиваю, а она мне по-русски и отвечает. Зовут её Лилиан (Лиля – по нашему) и летит она в Найроби, домой. Она закончила МЭИ и сейчас решает вопросы энергетической   безопасности Кении. Пять часов пролетели незаметно. Поскольку самолёты в Кению летят пустыми, мы с ней и спокойно по-русски поговорили, и винца их дешёвого, самолётного выпили. Раненько так самолёт сел в Найроби. Серый, какой то аэропорт. Люди с автоматами и колючими неприветливыми лицами.  Очень раннее утро, но толпа встречающих, оттесненная за пределы главного входа людьми в униформе, впечатляющая. Я ищу табличку клуба «7 вершин». Её должен держать некто Нельсон  Мвакио, согласно информации шпаргалки выданной мне  в Москве. Ни таблички, ни Нельсона. Пытаюсь объяснить охране, что мне нужно. Парни в беретах равнодушно пожимают плечами, но далеко от меня не отходят. Наконец вижу Лилиен. Объясняю ей суть возникшей проблемы и только её суахили позволяет найти около одного из множества окошечек кусок белого пластика, на котором  при большой фантазии можно прочитать мою фамилию. Здесь даже знают Нельсона и в доказательство демонстрируют  номер его мобильного. Всё сходится. Через несколько часов будет мой автобус до Моши, а пока я располагаюсь в  аэропортовском буфете и пытаюсь  привести в порядок свой багаж. Попытка снять на видеокамеру  обстановку аэропорта заканчивается  жестким одёргиванием со стороны охраны. На меня направлен ствол Калашникова и какая-то сердитая дама зачитывает мне голосом прокурора ноту о серьёзном нарушении мной правил безопасности аэропорта. Оказывается, снимать здесь ничего и никого нельзя, хотя никаких предупреждающих об этом знаков нет. Я не спорю. Мне не хочется,  чтобы мой Кенийский транзит закончился  тюрьмой. Мне уже не нравится Кения, хотя  я на этой земле не больше часа. Приставленный ко мне охранник без особого энтузиазма пытается развлечь меня разговором. Редкозубый, не молодой, с усталыми неискренними глазами, он  рассказывает, что сам он из племени массаев, а массаи самые первые во всей Африке герои  и  самыё что ни на есть  африканские африканцы. Я киваю головой в сторону оружия,  рассказываю ему сказку про автомат Калашникова, что чистить его надо иногда,  а то его совсем плохой. Меня успокаивают, дескать, внешность обманчива. При необходимости он  не промахнётся, а автомат не подведёт.  Ну, ну…
     Маленький автобус компании «Импала», к моему  огромному облегчению, увозит меня и из этого неприятного аэропорта, и из этой негостеприимной страны. Солнце нещадно палит, разогревая как духовку  внутренность автобуса. Выданная мне бутылка местной воды прозрачна и прохладна, как и мои первые впечатления. Я пытаюсь снимать виды за окном с разной степенью успеха. Первый день в Африке. Всё внове. Глаз ещё не привык  к необычности пейзажей, лиц, одежд. Сараи с вывесками  «Hotel» или  « Supermarket» вызывают  улыбку. Массайские деревни  с их круглыми хижинами, худые широкоскулые массаи,  каждый со своей палкой… Совсем ещё мальчик, но с палкой тоже, как взрослый мужчина важно и степенно подходит к группе взрослых. Он уже тоже мужчина (раз с палкой) и имеет почти полное право голоса на деревенском сходе. Люди совсем неопрятного вида продают вдоль дороги древесный уголь и вязанки травы. Они закутаны в грязные платки и глаза их такие же,  как уголь, который они продают. Зелёные холмы среди оранжевой, с желтыми пучками, выжженной травы, зонтичные деревья и  термитники вдоль дороги… Пыль, ухабы и  запах степного простора, как на Тарханкуте. Я дремлю и уже не пытаюсь расчехлять камеру. Она мне больше не нужна. Усталость последних двух суток  клонит меня в тревожный прерывистый сон. Он не глубок и я  слышу реплики шофёра и мычание массайских коров.  «Чжамбоо» - это приветствие  Восточной Африки. Сквозь сон я  вижу  людей это произносящих и вспоминаю дом. Суахили – удивительный язык. Вероятно соотношение гласных и согласных в нем, как в русском. Интонации, тональность напоминают певучесть чистого украинского языка и в бытовом, придорожном суахили я слышу мой язык. Это, наверное, тема ещё не раскрытая, но схожесть явная. При этом я, видимо, всё понимаю. Не слова ведь главное, а суть их. Душевность. Настроение. Роуминг МТС не работает. Саша Абрамов  помог мне с оформлением  карточки связи в Москве. Это единственный публичный канал связи, причем  только от меня, на  risk.ru  , для  сообщений. Наверное,  я первый Гражданин Крыма, который  решил ехать и успешно завершить одиночное восхождение на Килиманджаро. Хотя слово «одиночное» не совсем правильно, правильнее  - одиночное путешествие в Африку. Так будет точнее, потому что на Кили по маршруту Марангу можно идти, как и на любую другую несложную вершину, даже одному, правда только в сопровождении Мечты.
   Наманга – маленький городок на границе. Как сказал мне продавец сувениров: «…граница проходит на моём огороде».  Я верю ему. Это Африка. Граница – для белых и прочих. Формальность отметки в паспорте, короткие слова приветствия и я  уже не в Кении, но ещё не в Танзании. Базар на нейтральной полосе, среди пыли и грузовиков, напоминает карнавальное действо. Меня окружают торговцы и торговки с разными  предметами. Парень со статуэткой из, якобы, черного дерева  интересуется, откуда я.
- Ukraine. – отвечаю я.
- O ! Shevchenko,  Klichko!!!
Признаться, я поражен его осведомлённостью. Из 42 миллионов граждан Украины  в Танзании знают только их. Да, политики, кроме Буша и Путина,  в мире не популярны. Это - медицинский факт.
 Во время этого разговора чувствую, именно чувствую, а не слышу, сильный хлопок над моим правым плечом. Оборачиваюсь. В двух шагах от меня стоит неопределённого возраста массайка. Одета странно, монотонно, в цветах одежды больше коричневого. В ушах  десяток отверстий, в  которые вставлены бисерные бусы и какие то иные инородные тела. На шее толстая низка из раковин, камней и, наверное, зубов. Что-то бормочет. Рядом две или три женщины, моложе, но совершенно не привлекательные. Они просто улыбаются и суют мне разные непонятные предметы. Меня этот шопинг на помойке не интересует. Пока я отвечаю «нет» и решительно отворачиваюсь от  назойливых африканских мадам, эта  «Старенькая»  ловко одевает мне на правое запястье браслет. Мне не нравится  такая назойливость. Я снимаю его с руки  и хочу положить на землю. С поразительной быстротой эта пожилая дама не дает ему даже коснуться дорожной  пыли и он опять на моей правой руке. При этом она причитает «Акуна матата» - то есть в переводе с суахили «Нет проблемы», или «Не беспокойся». Мне этот медный, с непонятным раздражающим своей примитивностью  витым узором, браслет не нужен. Я повторяю попытку расстаться с ним, но опять безрезультатно. – Сколько ( в смысле денег) – спрашиваю я её.  – Тебе бесплатно – отвечает  она. Я даю ей доллар. Она смеётся мне в лицо – Дай лучше два. Я даю два. Она машет мне рукой, « Акуна матата», и исчезает с базарного пятачка за секунды. Мне тоже недосуг. Я прохожу танзанийскую границу и,  бросив браслет в рюкзак, забываю о его существовании.
   Автобус теперь едет не 60-70 , а  90-100 км в час. Дорога ровная, ухоженная, без привычных уже ухабов и рытвин.  Посадки кукурузы и подсолнечника впечатляют своими масштабами. Люди лучше одеты. Это земли племени чага – африканских горцев, ближайшей аналогией которых являются непальские шерпы. Альтиметр показывает подъём в гору. Город Аруша  ожидаем и желанен. Указатели на дороге,  обилие придорожных лавочек – это его предместья. Слева склон огромной горы, вершина которой в облаках. Это – вулкан Меру. Правее, над саванной, гряда облаков. Одно из них поднимается круто над горизонтом и я узнаю в нём конус Килиманджаро. Это очень красиво! Это невероятно! Это то место, куда я стремлюсь попасть! Рядом с экватором это видение высокой и снежной горы вызывает мистический трепет и невольное любование белоснежной трапецией Кибо.  В этом формате мечты о  Маккинли  плавно и естественно уходят на второй план. То, что я вижу перед собой, не Аляска и  не любая другая гора мира. Теперь между мной и этим снежно-ледовым  гигантом появилась не только виртуальная, но и визуальная связь. Боевые лётчики называют  это «цель в прицеле». Хватило бы горючего…
  В 15.30 я  в Моши. Это центр некогда могущественного царства Моши. Отсюда стартуют все нынешние экспедиции.  Кстати, первую серьёзную, но неудачную   попытку восхождения  в 1861 году предприняли известные британские  альпинисты и исследователи Декен и Карстен.  А на вершину  первыми взошли утром 6 октября  1889 года  немец, профессор географии  Лейпцигского  университета  Ханс Майер и австрийский проводник  Лео Пуртшеллер. Мой маршрут восхождения – это повторение маршрута первовосходителей. А в 1890 году четыре человека – два немца и два англичанина,- никогда не видавшие берегов Восточной Африки, подписали в Берлине договор о разделе заморских территорий. Области к северу от Килиманджаро – Кения и Уганда отходили к Англии, а Танганьика и Занзибар становились колонией Германии. Высшая точка Африки получила имя Кайзер-Вильгельм шпиц. В 1922 году бывшая германская колония Танганьика мандатом Лиги Наций передаётся под управление английской короны. Конец двадцатых – начало тридцатых  годов 20 века -  «золотой век» Килиманджаро. Строятся  фешенебельные отели, прокладываются дороги. А 9 декабря 1962 года Танганьика стала республикой и высшая точка  Килиманджаро стала называться  пиком  Ухуру, что в переводе с Суахили означает Свобода. С вершинами бывает, как и с государствами – они меняют свои названия. Лично мне название «Свобода» нравится. Это лучше чем пик имени Васи Пупкина…
    Отель  «Keys Annex». Насчитал у него три звезды. Условия приемлемые. Главное есть душ и горячая вода. Я с удовольствием стою под душем в предвкушении ужина и чистой постели. В  17.00  встречаюсь с координатором  моей программы Абрахамом Лимо. Он сразу  очень уважительно отмечает мой VIP статус (!) и заверяет, что « Транс Кибо» сделает для меня всё. За  VIP – спасибо Альпиндустрии в лице Люды Коробешко. Моя седая борода, хорошие манеры и английский,  вероятно лучшее подтверждение моей авторитетности. Мы обсуждаем детали меню во время восхождения, трансферы и прочие важные моменты. «У вас будет лучший гид Килиманджаро» - заверяет меня Абрахам. Хотя мне достаточно показать пальцем, куда идти и просто не мешать…
    Ужин без изысков, но на столе стоит первое упоминание о горе – пиво под названием «Килиманджаро». Перед сном (а накопившаяся усталость делает его жизненно необходимым) я  диктую аудио сообщение на  risk.ru.:
    « Здравствуйте, это Игорь Похвалин из Моши, такой же одинокий, как и в Найроби. К сожалению, с МТС пока связь не сложилась, не знаю почему. Передаю с  UMC, что, наконец, достиг предгорий Килиманджаро, встретился  с Абрахамом Лимо и уже завтра утром выезжаю на маршрут Марангу. Впечатления суток: В Африке откажитесь от планирования и попыток помыться. Будет легче». Не буду описывать свою первую ночь в Африке. Скажу только, что  она прошла  не «Акуна матата». Это повод для специального рассказа, а не для предлагаемого короткого очерка.
   19.06 Выезд планировался в 8.00, выезжаем в 10.00.  Абрахам знакомит меня с «лучшим гидом». Его  зовут Балтазар Мтуи. Симпатичный и не молодой человек с живыми умными глазами. Мне он понравился. Больше часа ехали до деревни Марангу. При входе в Национальный парк ещё час оформляли мой пермит и пропуска гида, повара, и носильщика. На входе люди с автоматами (тоже Калашников), что говорит о серьёзности происходящего и значении парка «Килиманджаро» для Танзании. Моросит мелкий дождь. Начало маршрута  Марангу, самого популярного для восхождения на Кибо, – роскошный тропический лес. Маршрут настолько популярен, что его назвали  «маршрут Кока Кола» С 1900 метров над уровнем моря мне необходимо подняться до хижины Мандара, 2720 м. Это путь по обустроенной тропе с плавным, ненавязчивым подъёмом, протяженностью около 12 км. На мне рюкзак 7-8 кг веса. В нём камера, фотоаппарат, накидка от дождя, аптечка  и прочие нужные под рукой вещи. Рядом идёт носильщик с грузом, часть которого он несёт на голове. Потрясающее чувство равновесия! Я наблюдал, как миниатюрные женщины с невероятной африканской  грациозностью переносят  просто неподъёмные тяжести, при этом оживлённо разговаривая друг с другом. На моей голове только лёгкая белая панама. Солнечные лучи не достигают тропы. Сомкнутые кроны деревьев, лианы создают иллюзию туннеля. Пряный,  насыщенный  почти парфюмерными ароматами воздух, щекочет ноздри  и вызывает лёгкое головокружение. Мне нравится Африка! Крики неизвестных птиц и животных, шуршание листьев и звуки падающих капель создают неповторимую музыку влажного тропического леса. На поляне со странными полупрозрачными кустами хижины приюта Мандара. Здесь прохладно даже в африканский полдень. Время моего подъёма  2.30 и это с учётом навязанного мне портером «отдыха». Пришедший через час  Балтазар, удивлён. Он рассчитывал, что я приду на два часа позже. «Наверное, вы бежали» - говорит он мне. «Нет, чуть не уснул на подъёме» - отвечаю я.
   Маленький деревянный домик с несколькими топчанами под номером «7» я делю с немцем из Эймса. Его зовут Аксель Кале. Он путешествует здесь один, также как и я. В прошлом году он поднялся на Гилманс пойнт, 5681 м.. Теперь его цель  - Ухуру, 5895м, так как выше её в Африке нет вершины. Он приятный и интересный человек. Мы общаемся на английском и это уравнивает наше незнание русского и немецкого. Почти параллельно идём с нашими гидами к Кратеру. Это небольшой вулканчик недалеко от Мандара. Мелкая, едкая вулканическая пыль заставляет чихать и сморкаться. Обходим кромку кратера по периметру. «Здесь часто устраивают пикники» - говорит Балтазар кивая на  дно кратера, поросшее весёлой изумрудной травой. «Попробовали бы они это сделать 3 миллиона лет назад, в эпоху активного вулканизма» - отвечаю я. Да, всё хорошо в своё время…День заканчиваю очередным сообщением на сайт:
     « Здравствуйте. Это экспедиция клуба  «7 вершин» Игоря Похвалина на Килиманджаро. Сегодня 19 июня. Наконец движение к вершине началось! С чек-пойнта  Марангу до первого лагеря Мандара. Тропа – отличный треккинг под сенью восхитительного тропического леса с плавным набором высоты. Идёшь и начинаешь любить Африку! Людей на маршруте практически нет, что позволяет вообразить себя первооткрывателем. У меня портер, повар и гид. Вообще я иду в одежде для сафари и в белой панаме, как  самый настоящий путешественник по Африке. Впечатления дня : 1 .Только ради сегодняшнего трека уже следовало приехать сюда. 2. Хорошо почувствовать себя «белым» человеком. До завтра, если будет связь».
  В 19.00 уже темно. Ночь наступает быстро. Балтазар не советует «бродить» (?) ночью по окрестностям. «Леопардо» - говорит он. В полночь я выхожу  к туалету и слышу неподалёку рычание и визг. Влажный густой туман и холод – единственное, что я чувствую спросонок. « Натуральный Кавказ»- думаю я,  вспоминая альплагерь «Эльбрус».
Сон глубок и полон видений тропического леса. Мне снится дом, Оленька и бескрайняя африканская саванна. Спите, доктор.
  20.06. Подъём в 6.30.  Я выспался и хорошо отдохнул. Прохладная вода из медного крана прогоняет остатки сна. Балтазар приносит мне миску горячей воды для умывания. «Ни фига себе» - думаю я – «как их  выучили англичане». В этой миске, похоже, моют посуду, так как она пахнет жиром и томатом. Обозначаю своё право владеть этой горячей водой, опусканием пальцев, не более. Мои домашние привычки связаны с проточной водой. Аксель тоже получает своё, «Morning, sir» с аналогичным тазиком и  аналогичной водичкой. Мой завтрак сервирован затёртыми вилкой, ложкой и ножом. Банка растворимого кофе, сахар, арахисовое масло – всё это разложено на персональной (чтобы не перепутали) тряпице зелёного цвета с узором. Понимаю, мне нужно запомнить весёлую расцветку моей скатерти, чтобы не сесть за чужую. Утренняя овсянка и второе блюдо из риса идут на  ура. Авокадо, ломтики манго и папайи – это десерт. Всё. Я сыт и готов идти. Мой рюкзак не становится легче, хотя я могу вообще ничего не нести. Это дело привычки и принципа. В 7.30 неспешно выходим. Моя пунктуальность и  обязательность,  похоже, удивляют Балтазара. В ответ на его очередное оправдание при опоздании к договоренному сроку,  я спрашиваю: « А кто и  у  кого гид?».  Это тоже Африка….
    Выходим из леса  и перед нами бескрайние альпийские луга. Впереди – белая  вершина  Кибо, правее – черный гребень Мавензи. Красота невероятная! Оборачиваясь, вижу над саванной плотную облачность. Вероятно в Марангу дождь, а у нас  - бескрайнее синее небо,  странные деревья  ( Lobelia deckenii)  и до горизонта заросли полыни вперемешку с незнакомыми цветами. Слева по ходу небольшие вулканчики. Местами тропу пересекают ручьи чистой прозрачной воды. Её источники – небольшие ледники на склонах Мавензи. Балтазар идёт рядом, хотя мне приятнее было бы идти одному.  Его обязанности, как  гида,  требуют сопровождения клиента в непосредственной близости и совсем не учитывают желаний самого клиента. Хорошо. Раз так  - будем учить суахили и русский. Чем мы успешно и занимались в течение чуть более 4 часов, пока не дошли до Хоромбо, лагеря на высоте 3720 м., пройдя около 15 км  и набрав по высоте 1000 метров. Отмечаемся  у местных гидов и я размещаюсь в деревянном домике, и опять с Акселем, который приходит ближе к вечеру. На площадке с аккумуляторами самый хороший сигнал телефона. Я передаю очередное сообщение на Большую и такую далёкую Землю:
   «Здравствуйте, это экспедиция  клуба «7 вершин» Игоря Похвалина. Сегодня в хорошем темпе поднялся до лагеря Хоромбо. Это 1000 метров набора высоты и 15 км протяженностью, которые прошёл за 4.20. Шел и думал, что Африка и Килиманджаро – это то самое место, где подвиг можно совершить за неделю, получая при этом огромное удовольствие от всего. А как хорошо здесь пьётся старый массандровский херес! До следующей связи».
21.06.    Спал тревожно, с соплями. Носом здесь шмыгают все. Вулканический пепел под ногами, при ходьбе едким оранжевым порошком  набивается в ноздри. Артефакты пирокластического потока 3-х миллионолетней давности  у всех, без исключения, восходителей вызывают острый ринит, фарингит и прочие респираторные проблемы. Нечто подобное было в Тибете, под Эверестом. Я делаю единственный правильный вывод о необходимости обязательного ношения марлевой или иной хирургической маски. Только здесь её не найти и, поэтому, я довольствуюсь запасом туалетной бумаги для аспирации содержимого носоглотки. Я, как всегда, настоял на раннем подъёме. Балтазар , как мой «шеф» , скрипит зубами, но строит всю команду. Сегодня-то день отдыха, типа. Мне, как  «приличному» клиенту положено давиться соплями и умирать от горняшки, а я только давлюсь соплями, как и мой гид. Это неправильно, но это есть факт. Завтрак, как всегда во время. Ассистенты моего гида – выше всяких похвал. Вы бы видели их тонкие, аристократические пальцы… Готовят мне, как на убой. Я столько не ем. Аккуратно отделяю половину сваренного риса, овощей, мяса, которое разжевать не могу и перекладываю свою часть на отдельную маленькую тарелку. Ребята, я же знаю, что вы готовите на допотопной керосинке и рис довариваете только мне. Простите мои причуды. Если мы идём на гору вместе, то за это уже отвечаю я, а не ваши местные законы
Компромиссное время выхода – 8.30. Сегодня цель нашего с Балтазаром короткого выхода - скалы Зебра. Это высота 4100 м .Полагается для акклиматизации и для любования ландшафтами. Часа полтора просидели на площадке над скалами. Вид Кибо и Мавензи просто фантастический. Тропа видна, но уже никакой растительности. Голая  оранжевая пустыня. Рядом с нами ещё одно чудо Килиманджаро. Это  замечательные растения, ананасы «переростки» - Senecio cottoni, seu kilimanjari.. Мясистый ствол и  огромный лопух на верхушке. Так я становлюсь ботаником. Мне не безразличны эти редкие, да и не редкие представители флоры. Они мои современники и свидетели моего визита в эти края. Так они встречали Ханса Майера и Лео Пуртшеллера в 19 веке, а это история альпинизма Африки. Так становятся классиками жанра….
   С площадки Зебра, сбежал в Хоромбо за 25 минут!  Балтазар старался не отставать. У него это получилось. Заранее положил  утром перед выходом бутылку воды на нагреваемый солнцем камень рядом с моей хижиной.  Теперь она тёплая и я могу помыться , что называется «по точкам». Меняю бельё и выпиваю с Акселем и Балтазаром по «паре глотков» хереса. Здесь ему самое место. Никакое другое вино не ассоциируется у меня с этим местом. Мои друзья тоже одобряют мой выбор, что является хорошим поводом для короткой лекции о вине и виноделии…»Радио сообщения сегодня не будет» - думал я…., ещё подумал и решил, что будет:
«Здравствуйте, это Игорь Похвалин со склонов Килиманджаро. Сегодня для акклиматизации поднялся на 4100  к  склонам Мавензи, к полосатым скалам  Зебра Рок. Отсюда потрясающий вид на Килиманджаро. Теперь «заряжаю свои батарейки» - греюсь на солнышке в Хоромбо. Плохо только одно – не с кем поговорить по-русски. Впереди два насыщенных дня. Оставайтесь с нами и до связи».
 Из словаря суахили:  Чжамбоо -  приветствие, все понимают, все отвечают.
                                       Поли- поли  -    тихо-тихо, не спеша, т.е не торопиться.
                                       Акуна матата – нет проблем, или –  всё в порядке.  
22.06. День летнего солнцестояния. Накануне договариваемся подняться в 6.30. Утреннее умывание происходит при температуре + 5. Такая прохладная Африка мне нравится. Съедаю овсянку, выпиваю кофе. Покидаем Хоромбо в 8.00. За перегибом очередного взлёта  последний источник воды, а далее – марсианский пейзаж красной пустыни усыпанной разнокалиберными вулканическими бомбами над которым доминирует гигантская белая трапеция Килиманджаро.  Растительность исчезла внезапно. Даже лишайники. Едкая вулканическая пыль везде: на одежде, обуви, в лёгких. Её горький вкус теперь сопутствует  дыханию, приёму пищи, мыслям. На седловине между Мавензи и Кибо  установлены стационарные туалеты и оборудованы скамейки, вероятно для любования пейзажами. Высота здесь 4300, что уже ощутимо. Небольшая одышка и лёгкое головокружение – это признаки «горняшки». Здесь прохладно, несмотря на обилие солнца. Одеваю гортексовые брюки и флисовую рубашку. От этого места тропа ответвляется в сторону Мавензи к одноименной хижине расположенной под пиком Пуртшеллера.   Иду с лыжными палками, они помогают сосредоточиться на своих мыслях. Балтазар притих  и уже  не звонит по мобильному каждые полчаса. Шелест сильных  порывов  ветра – это  единственные звуки здесь. Доходим до хижины Кибо, высота которой 4750 м. Сегодняшний подъём, а это около 15 км и 1000 м перепада высот от Хоромбо, занял 3.50. Я доволен результатом, обычно этот отрезок идут 6 часов. Значит форма неплохая и самочувствие хорошее. Написал сообщение для отправки на сайт, но не отправил. Нет сигнала мобильной связи. Наверное, ретранслятор по другую сторону горы. Моя койка в большом помещении хижины. Вдоль стен двухэтажные нары, а посредине стол. Поскольку мы приходим первыми выбор спального места  наша привилегия. Занимаю место и для Акселя. Лёгкий перекус и в 14.00, выпив таблетку «Донормила» я ложусь спать. Подъём согласован  с моим гидом на 23.00. Выход в 23.30. Рюкзак собран и стоит рядом. В нём только необходимое снаряжение, аптечка, термос  и камеры, но весит он 7-8 кг.  Пока я готовлюсь ко сну, в комнату буквально вваливается  рослый бледный японец. « Коничива»- приветствую я,  в ответ он только кивает. Сил его хватает только для ответа на вопрос,  откуда он – « Токио». Я наливаю ему последний оставшийся херес, который приберёг до «после  восхождения» и объясняю, что это ему поможет. Японец пьёт, закрыв глаза  и неторопливо, как осужденный перед эшафотом. Через мгновение глаза его приобретают  блеск, а на покрытом пылью лице появляется виноватая улыбка. «Аригато»- говорит он мне и уходит со своим гидом  в комнату рядом. Я засыпаю, успев приветствовать Акселя. Мне снятся близкие люди и огромная живая гора. Её шерсть белая на макушке, а  тело в глубоких морщинах… Суета и разговоры пришедших сливаются в ненавязчивый гул, растворяющийся в глубоком сне…
    - Вставай,  Бабу – это тихий голос Балтазара – уже время.
    - Какой такой Бабу? – спрашиваю я спросонок,  полагая, что у парня  «поехала крыша».
    - Ты извини, но так тебя  прозвали наши гиды,( Бабу – это значит Дед).
     - Молодцы. Что нашли самого старого?
    - Нет, это они с большим респектом. Мы ведь каждый выход «делаем» их на подъёме.          
       Такие вещи здесь замечают сразу.
  Я ворчу на русском, комментируя эту новость  и необходимость вылезать на холод из тёплого спальника. На столе  «быстрый чай» - так я называю кружку горячей воды и два «затёртых» галетных печенья. Я спал одетый. Теперь мне нужно только обуть  ботинки и гамаши на них.  Ещё нужно методично высморкаться, собрать спальник, надеть рюкзак и выйти  из хижины. На улице мороз – 8. Абсолютное безветрие. От великолепного звёздного неба  захватывает дух. Гора своёй черной громадой закрывает пол мира. Выше нас по склону свет фонариков уже поднимающейся группы. Балтазар идёт без рюкзака, налегке. Я могу отдать ему свой рюкзак и идти без груза, но я этого не делаю. Это дело принципа. Только в случае непредвиденных проблем, его гидом автоматически становлюсь  я. Вот такие они «лучшие гиды Килиманджаро».  Молодец для ягнят и овец… Ладно, он хороший человек. Проблема в моих привычках.
 В полночь мы выходим. Склон – средняя и мелкая осыпь 20-25 градусов крутизной. Идём зигзагом по едва заметной в луче фонарика тропе. Впереди – ноги Балтазара. Это его обязанность показывать мне дорогу. Я иду ритмично,  средним темпом, продолжая не законченный сон. Я знаю, как можно спать даже на ходу. Проходим «пещеру Ханса Майера» - небольшой грот с табличкой, в котором  была «холодная» ночёвка Майера. Историческое место. Без груза мой Балтазарчик прыгает кузнечиком. Я с неотвратимостью судьбы  иду за ним. Я ещё вижу сны. Кроме них я вижу за своей спиной Большую Медведицу, а  перед собой  очень яркий ромб Южного Креста. Вид звёздного неба теперь, когда я могу им любоваться просто «по ходу», вызывает у меня чувство щенячьего восторга и огромной благодарности Провидению за эти мгновения. Наш темп позволяет нам обогнать практически всех, вышедших полчаса ранее. У американцев не закрываются рты. Их болтовня на подъёме отнимает у них же столько сил! Поражаюсь такому дилетантизму. Мой ритм прост: сон, ходьба за лидером и периодический контроль альтиметра. Наша цель будет достигнута с неотвратимостью баллистической ракеты! До  Гилманс пойнта , 5682м, я выспался замечательно. Примитивное лазание перед кромкой кратера напоминает утреннюю зарядку. Да, это одна из вершин этой горы. Она уже является поводом для выдачи сертификата о восхождении. Здесь в прошлом году Аксель достиг своей «вершины», однако это  ещё не Ухуру. Несколько минут отдыха. Балтазару явно нравится идти без рюкзака. Он несёт  какую то чушь…., а может это у него горняшка, так как половина сказанного мне не на английском, а на суахили… Наконец выходим на настоящий лёд. Сначала гребень кратера слева. Обходим   глыбы, сверкающего в лучах фонарей, обсидиана и выходим на ледовый гребень. Балтазар скользит и ругается. Мне с лыжными палками намного легче. Я спокойно смотрю на его  мучения, хотя с этого гребня уже есть куда падать. От Гилманс пойнта до Ухуру дошли за 40 минут. Всё. Знакомое по описаниям  сооружение из досок с поздравлениями достижения высшей точки Африки. Ну что, Ухуру, как Ухуру. То есть полное уже Ухуру. На часах 5.55. Здесь ещё ночь. Минус 17.  На первый кадр, с флажками Украины и Крыма, на фоне вершины,  энергии батарей ещё хватает. Потом  батарейки саботируют съёмку и я, сделав несколько фото без вспышки, достаю камеру. Я снимаю Балтазара, который пытается правильно развернуть вымпел моей любимой Массандры. Я говорю ему по-русски куда поворачивать и он, представьте себе, понимает. Над Африкой восходит Солнце. 23 июня 2007 года, 5.57. Спасибо, Господи и за эту вершину! Рядом с нами ещё восходители. По их просьбе я делаю несколько снимков их фотоаппаратом. Затем я включаю мобильный и вижу полную линейку сигнала. Говорю: «Я стою сейчас на высшей точке Африканского континента Пике Ухуру 5895 метров, вместе с моим другом Балтазаром. Холодно, очень холодно ! Но сейчас будет солнце восходить – это хорошо. Тогда можно будет сделать несколько кадров.
Что хочу сказать? Ухуру –  в  переводе с суахили значит Свобода. А рiдну Нэньку Украину хотел бы поздравить с днем Конституции, который будет,  а  Свобода и Конституция – это вещи неразделимые. Так что Народ Украины, Конституцию написали не для кого-то, а для нас, и давайте в нее вкладывать то содержание, которое мы с вами предполагаем, а не кучка кукловодов. Они все уйдут, а  Мы  останемся, деваться  нам некуда с нашей земли. Всем нам терпения и здоровья….
дефект связи…. Спасибо моему другу Николаю Бойко,  спасибо  Саше Абрамову.
 без его  вдохновения, вряд ли можно было решиться на такое «одиночное плавание.
Ну, всё, России – привет!
Пока, ребята!»
Это был искренний экспромт. Очень хотелось домой в этот момент. Солнце восходило, очень медленно и после звонка я не хотел дожидаться его. Горсть камней с вершины – единственный важный сувенир. Взамен их я оставляю вымпел Массандры в правом углу транспаранта. Так ближе к африканским богам. Всё. Теперь вниз. Мы идём по льду. Без кошек здесь очень скользко. Балтазар падает. Я  даю ему одну лыжную палку. Навстречу нам  поднимаются люди. Мы проходим в обратной последовательности  пик Ханса Майера, Стела пойнт. Останавливаемся у Гилманс пойнт и делаем несколько снимков. Я снимаю кратер Кибо, участки Южного ледника, ледника Декена, башню Бисмарка. Лыжная палка очень понравилась моему гиду. По осыпям мы спустились быстро, за час. После этого  он мне её и вернул. У меня нет желания отдыхать в Кибо-хат. Я только меняю перчатки и хочу спускаться дальше. Только 7.40 утра. По планам дня нужно к вечеру спуститься в Хоромбо, но  в моих планах спуститься ниже, в Мандара, а это будет почти 43 км за день, включая восхождение. Балтазар согласен И я, не оборачиваясь, практически бегом, спешу вниз. Я не смотрю уже на  Кибо. Цель моего спуска – прохлада леса в Мандара. Это значит сбросить  больше 3 километров по высоте. Это много, но это реально. После вершины мои амбиции удовлетворены. Значение имеет только правильный уход с вершины, чтобы  она не обиделась. Сначала к нам присоединяется Аксель. Мы поздравили друг друга на вершине. Наше параллельное восхождение закончилось успехом. Потом Аксель со своим гидом отстали. К  10.00 мы пришли в Хоромбо. У Балтазара здесь дела и поэтому достаточно долго  я бездельничал. Наконец вышли. Теперь моя задача «правильно» заплатить чаевые гиду и ребятам. Так здесь принято. Только непонятно какую сумму. Их услуги я уже оплатил «Транскибо» и сумма эта немаленькая. Я связываюсь с Людой Коробешко. Обычный «расклад» - 150 долларов на  группу. Из них гид – 80, повар – 50, портер – 20. Люда добавила, что обычно платит меньше. Учитывая, что вся группа это я один, значит  платить мне одному. Я спрашиваю Балтазара о сумме типсов.  «Для тебя и только по-дружески  300 долларов» - с милой детской улыбкой отвечает он мне. Хорошая дружба. Получается «без лоха жизнь плоха». Я так же мило ему улыбнулся и привёл свою калькуляцию, сославшись на Людмилу, с которой он прошёл туров пять на Кибо.  Это возымело действие. «Ладно» - сказал он – «пускай будет 200 и ещё 50 за героизм». «Хорошо»- отвечаю я – «будет тебе 200, а за героизм получишь кубинскую сигару». На том и порешили. Торговаться  за размер премиальной суммы я не стал.
   Хижины Мандара  достигли к 14. Здесь зелёная трава, огромные деревья и голубые мартышки. Они так же суетятся в кронах ближних деревьев.  Получаю ключ от «своего» домика номер 7 и пытаюсь отряхнуться от пыли. Она везде: на одежде, снаряжении. Вытряхиваю одежду, убираю снаряжение. У моего старого приятеля, медного крана, умываюсь с мылом. Покупаю две бутылки пива у смотрителя  и приглашаю Балтазара.  Пьем пиво. Отдаю ему деньги и обещанную сигару. С этим покончено.  Теперь я чувствую, что устал. Ужин в 18 и у меня ещё есть время просто прилечь. Снимаю ботинки. Большой палец левой ноги синий от гематомы.  Холодная  вода ручья быстро снимает отёк и боль. Теперь это уже не имеет значения. Стремительность восхождения  и спуска  оставляет ощущение нереальности произошедшего. Ощущение  интересного сна с  правильным финалом. Напряжение последних дней велико и я незаметно засыпаю, согревшись в спальнике. Мне снится дочь, мы о чём- то говорим  с ней…  «Вставай, бабу. Ужин». Балтазар теребит моё плечо. Есть я не хочу, но это просто необходимо. Я не ел почти сутки. Только шёл. Здесь, в Мандара, вкус пищи не такой, как в Хоромбо. Высота атрофирует вкусовые рецепторы. Я с удовольствием ем рис и овощи. Озоновая свежесть фруктов заставляет меня иначе смотреть на мир. В этот мир приятно возвращаться с восхождения, осознавая перемены, произошедшие в собственной душе. Четыре дня назад отсюда уходил один человек, а вернулся другой. Этим переменам  я обязан  Дороге и Вершине. Весь мой пафос сгорел в пути, осталась только стройная, как теорема, логика  души с её изначальными константами Добра и Зла. Здесь я сократил все свои дроби, громоздкие построения, навязанные мне миром Долины, избавился от части душевной боли…
    Приходит Аксель. Это место, где мы познакомились недавно, а, кажется, знаем друг друга очень давно. Я засыпаю после ужина и больше снов не вижу. Я настоял на раннем подъёме, в 6.30. Ночью встаю. Идёт дождь. Густая пелена холодного тумана. Абсолютная тишина. Мокрая трава и редкий шум капель с листьев. Африка бывает и такой. Сентиментальной.
   24.06. Подъём в 6.30. Умываюсь замечательной холодной водой. Запахи свежести и цветущих растений. У домика меня ждёт Балтазар с миской горячей воды для умывания. Пожелания доброго утра. Вода останется для мытья посуды. Мои вещи собраны и после финального завтрака мы с Балтазаром начинаем спуск в Марангу. Идем  быстро в  холодном густом тумане. Видимость  метров десять. Через несколько минут одежда насквозь мокрая, но это не мешает нам  идти в очень хорошем темпе и болтать о разной чепухе. На указателях время спуска –3часа. Мы спускаемся чуть больше часа. И здесь тоже не жарко. Приходится одевать флисовую куртку. Зной Экваториальной Африки явно преувеличен. Пока Балтазар решает организационные вопросы, я покупаю в соседней лавочке карты Килиманджаро.  Через два часа спускается Аксель со своим гидом. К этому моменту готов мой сертификат восхождения. Сияющий Балтазар  с удовольствием ставит под ним свою подпись. Мы делаем фото с ним и всей моей командой. Аксель получает свой сертификат, и мы делаем наше общее фото. Зная, что я был на Аконкагуа, Аксель интересуется деталями маршрута. Я рекомендую ему подняться на эту интересную гору и вступить в клуб «7 вершин». Мы расстаёмся друзьями. Это тоже заслуга Килиманджаро.
   За мной приезжает на новенькой Тойоте сам президент компании «Транскибо» Томас Лимо.  Я у него уважаемый гость и прочее. Сам он родился в Марангу и все родственники его тоже из Марангу.  Все гиды Килиманджаро  из племени чага. Этническая монополия на высшую точку Африки вполне закономерное явление. По дороге  Томас рассказывает мне о сложностях его бизнеса и вообще о проблемах Танзании. Я советую ему сменить правительство, на что он отвечает несогласием. У них хорошее правительство.  Тема Альпиндустрии, особенно координатора  Люды Коробешко,  вызывает у Тома  живой отклик. Люду он очень  уважает и меня, как её  друга  и Абрамова, тоже очень уважает. Вздыхая, вспоминает недавний визит  гида Сергея Кофанова с группой московских бизнесменов. Они поднимались по маршруту Мачаме, а после восхождения устроили грандиозную пьянку, от которой Том ещё не очень отошёл. Трудно ему, даже при его  солидном опыте, тягаться с русскими. На предложение завтра выпить «За победу» я отвечаю согласием. В отеле мы делаем «контрольные» фото и расстаёмся. Крепко жму Балтазару руку. Следующий мой визит в Африку, если таковой состоится,  будет с участием  Балтазара, похоже, и ему со мной интересно.
   Я с удовольствием принимаю горячий душ. Привожу в порядок бороду. Свежая одежда пахнет домом. Мой номер на втором этаже, что на уровне крон местных деревьев. Обед в ресторане. Я пью местное пиво, потому что нет местного вина. Бармен взамен 5 копеек  даёт мне 10 танзанийских шиллингов, очень мелкая, от того и редкая монета. Таким образом, мы осуществляем, хотя и монетарный, но всё же культурный обмен между Танзанией и Украиной. Бедная Украина, ты не лучше Танзании, ты где-то ближе к Уганде, а это из разряда совсем нищей Африки. Такой тебя делают странные люди, именующие себя патриотами, пчеловодами,  правдолюбцами. Они так неуклюже за  чужие деньги пытаются  унизить свой народ, что в стремлении этом  и преуспеть толком не могут.
  Звоню  домой, друзьям. Спасибо им за то, что они есть. Это, пожалуй, единственная роскошь в моём положении, которой я располагаю. Дорогой Николай Константинович, вам было бы здесь интересно. Не рискую предлагать восхождение на Кибо, как предлагают это на сайтах. Действительно к этому надо готовиться, иначе вершины не видать, но и до сложных участков маршрута можно наслаждаться Африкой.
    Я ложусь спать на чистые простыни. Завтра у меня целый свободный день. Теперь, когда никого рядом нет, я чувствую себя действительно одиноким. Идеальным был бы вылет домой, но билет на самолёт послезавтра из Найроби, до которого надо ещё добраться. Лекарство для профилактики малярии, я уже не принимаю. Лориам очень токсичен, от него болит печень и кружится голова, и  я не стал принимать  его очередную дозу в день восхождения. Балтазар сказал, если я не поеду в Серенгети на сафари, а там действительно есть малярия, то  его  принимать не нужно. Факт -  здесь нет комаров. Одного задохлика я прихлопнул на занавеске. Других не было. Одиночество последних суток мне придётся пережить  самому. Я чувствую тревогу и с ней засыпаю.                                                                                                                                                              25.06. Предпоследняя ночь в Африке полна кошмарами. Я вижу ужасные сны и это тема особого рассказа. Утро наступает в 5.20. Я боюсь открыть глаза, а, открыв их, я боюсь закрыть.  Мне не даёт покоя нечто, что рядом со мной. Сон, в котором я вижу покойную дочь, позволяет  определиться в своём  багаже. Браслет. Из Наманги. Я совсем забыл о нём, и он благополучно поднялся с моим багажом до Кибо Хат. Ощущение причинности  «подарка» старой массайки  и моего ужасного, сумеречно-депрессивного состояния,  полное. В моё полусонное сознание врываются чуждые моему духовному опыту образы. Их  визуальная непривлекательность очевидна для меня. Я не могу уйти от них, и, вспоминая известные мне православные молитвы, я вижу полное своё бессилие перед змеями и прочей бесчинствующей нечистью.  Я нахожу браслет в багаже. Подношу его к крану с водой, опускаю в неё свой серебряный крестик, подаренный мне протоиереем Николаем Доненко.  С точки зрения психиатрии – это натуральная паранойя. Я не пытаюсь критически воспринимать происходящее. Для меня, это акт страдания и глубокой душевной муки. Браслет в воде. Я заворачиваю его в салфетку и выбрасываю в урну.  Через 30-40 секунд всё проходит. Я в состоянии быть самим собой. Теперь я понимаю, что к Кибо я нёс нечто большее, чем свою мечту.
  Засыпаю на час. Сплю без снов и рад этому. Теперь волнения уходят до завтрашнего утра. Предстоящий день я проведу в отеле. Я не поеду на сафари в Арушу и не пойду за сувенирами в центр Моши. Это выше моих сил. В  6.30 я встаю окончательно. Вид задёрнутых занавесок генерирует атмосферу склепа. Я раздвигаю шторы, но утро пасмурное и неприветливое.  Очень одиноко и не с кем поговорить. Разум мой уже протестует от отсутствия русскоговорящего  собеседника. Балтазара я научил нескольким матерным словам, но отсутствие чувства и значения  в его механическом африканском повторе, подчеркивало только формальность этого повтора. Я  позавтракал чашкой кофе  и несколькими булочками. Апельсиновый сок. Два кусочка манго. Выстиранное накануне белье,  пристёгнутое моими домашними прищепками к портьере, уже высохло. Я принимаю душ и сажусь  за пластиковый столик на зелёном газоне  гостиницы. Пишу: « Действительно, в это мероприятие я «влез с разбегу», а только на вторые-третьи сутки испугался. Один, в Экваториальной Африке, с целью взойти на Килиманджаро, полностью зависим от местной фауны и флоры, местного английского языка, африканского рефлексивного расизма по отношению к белым… и так далее. Этот мой энтузиазм не удаётся объяснить другим людям, с точки зрения рационального отношения к жизни. Гибель дочери похоронила в вечных снегах Антарктиды часть моей души. Этот аспект для меня очевиден. Мир потускнел и потерял прежнюю перспективу и привлекательность. Здесь в Африке, она мне снится часто и по разному, чему я рад. В этих  снах есть ощущение потерянной реальности, что делает их более привлекательными, чем сама реальность с её математической жестокостью и равнодушием лаборанта вивария. Возможно,  я так пытаюсь сохранить самого себя от полного и безоговорочного разрушения и ставлю планку выше, чем её устанавливает разум. Несомненным стало одно: - вся проблемность моего бытия, все вопросы и ответы, восторги и отчаяние, - всё это во мне. Этот идеализм одновременно даёт силы мечтать и жить, а также назидательно преследует и убивает…,  только успевай переставлять ноги. Понимая это, пассивность и равнодушие  равнозначны самоубийству, т.е. акту греховному, наказуемому. Велико искушение разжать пальцы на скальной стене и  первые мгновения наступающего конца вздохнуть с облегчением, чтобы  последующее мгновение ужаснуться. Поиски истины – это тоже Африка. Когда ты месишь мелкую въедливую вулканическую пыль от Марангу  до Ухуру, задыхаясь от соплей, и кашляя, как туберкулёзник по ночам, эта страна входит в тебя не абстрактными образами доктора Айболита, а реальностью хосписа. Ты дал себе труд сделать первый шаг – теперь успевай переставлять ноги. Это всегда билет в один конец. Только выбор делает нас людьми».
  Таким вот образом размышляя, я  заполняю время полезностью в виде  конспектирования своих мыслей и зарядкой мобильного телефона на единственной евро розетке  гостиницы. Наблюдаю суету вновь прибывших и отбывающих в разные направления Африки. Вид у них, как у меня неделю назад.  Они чистенькие, со свежими авиа наклейками на сумках и тревожным блеском в глазах от непредсказуемости этих мест. Свою порцию соплей каждый здесь получит индивидуально.
  День тянется долго и монотонно.  Я не могу сидеть без дела на одном месте только в ожидании. Том Лимо не объявился со свое банановой водкой. Очень хорошо. Очередная «мисс» в ресторане автоматически снимает чаевые с моего счёта в размере большем, чем собственно обед. А вот это очень по -украински. Я мило подзываю её  и проверяю счёт. Она извиняется  и ничего мне не возвращает. Это тоже Африка.
   Всё. Последняя ночь. Я сплю под марлевым пологом.  Я тут уже задержался и сон  мне не в отдых. Вентилятор  - слишком шумное создание для общения. Никаких тревожных снов. Ощущение Вселенского вакуума и  ожидания перемен. Мой багаж собран. Я так и не узнал, как выглядит танзанит, я не видел города Моши,  я – плохой путешественник. Львы и носороги Серенгети не увидели меня, равно как и буйволы Нгоронгоро. Возможно это случится позднее,… когда- нибудь.
26.06    В 5.30 я уже  на ногах. Неспешно и с удовольствием пакую багаж. Его вес минимален. Проверяю документы, принимаю душ и одеваю свежую одежду. К 7.00 я уже внизу решаю последние формальные вопросы с администратором. Заспанная мисс уверяет меня, что автобус будет во время. Завтрак только накрывают.  Я с удовольствием пью кофе  с булочкой и ломтиком манго. Небо серое, в тучах. Влажно и тихо. Слышно как по улице едет на  велосипеде человек. Несмазанная, скрипящая цепь и печальная песня  велосипедиста  так созвучны моему настроению.  «До- дэс- ка - дэн» - под звук трамвайных колёс, вечная тема ритма нашей жизни в редакции Акиры Куросавы. Так я начинаю прощаться с Африкой. Мои восхищения останутся со мной, а разочарования – тем более. Маленький автобус, опоздавший, как и всё что опаздывает  в Африке, на пол часа, гостеприимно встречает и меня, и мой небольшой багаж. Накануне вечером я написал, наверное, последнее сообщение «моей» экспедиции. Теперь я его перечитываю и, наверное,  передам, если конечно доберусь до Найроби. На развилке дороги стоит совсем маленький памятник человеку, которого я не знаю.  Может быть, я  привык к памятникам «моей» страны, но этот  выглядит по-человечески. Мелкий дождь, редкие прохожие Моши, а потом Аруши и ровная  танзанийская дорога между зелёных холмов и банановых плантаций. Коренастых чага сменяют худые и бесстрастные массаи с их неизменными палками в руках. Наманга с её таможнями и базаром. Странно, но никто ко мне не подходит с целью что то продать.  На моё «чжамбоо» отвечают приветствием. Странно, но никто из местных на меня не обращает большего внимания.  Мой паспорт  отпечатан двумя печатями, я теперь в Кении, в магазинчике, где продают сувениры. Я стою перед прилавком, на котором выложены разные ножи. Я рассматриваю их с точки зрения пользователя. Мне приходится по душе обоюдоострый массайский нож. Мой дорогой друг, Саша Шевчук, африканист и альпинист, просил привезти типичный нож племён банту. Я не знаю, каким должен быть этот нож, но мой выбор меня удовлетворяет. Я  торгуюсь с молодым парнем. Он называет мне цену 30 долларов за выбранный нож. Я говорю ему о том, что у меня есть десять долларов, а у него есть пять минут до отхода моего автобуса. Он спрашивает меня о моей стране, на что я отвечаю «Украина». Он говорит, что такой страны не знает. Тогда я говорю «Россия». Он задаёт вопрос своёму шефу, тот кивает головой. « Россия можно» - говорит он мне. Нож мой. Его бережно заворачивает в жёлтую старую газету  сам хозяин этого шалмана, перематывает скотчем и вежливо передаёт мне.  По  просьбе его дочери школьницы, я оставляю свою  шариковую ручку. Может быть,  я так думаю, лучшая  кенийская проза будет написана моей ручкой…
        Ухабы кенийской дороги напоминают  Украину. Вид за окошком – степной Крым. Массаи в ярких накидках с неизменными палками просто стоят на обочине. Несколько аборигенов мрачного вида продают у той же обочины древесный уголь. Зонтичные акации, красные пирамиды термитников – таков однообразный пейзаж саванны. Ничего не изменилось за неделю! Подъезжаем к Найроби. Стоим в автомобильных пробках. Слева по ходу идут строительные работы по прокладке  автомагистрали. Помпезность такого строительства по сравнению с качеством обычных дорог вызывает ироническую улыбку. Перед аэропортом нас высаживают. В позе «руки за голову»  подходим к  блок посту. Каждого проверяет полицейский. В его руках металлоискатель, а рядом несколько автоматчиков. Унизительность подобного досмотра очевидна. Никто не против безопасности полётов, но зачем так демонстративно  обыскивать обычных пассажиров. Пассажиров с тёмным цветом кожи при этом не досматривают вообще. Вероятно, в Кении имеет место только белокожий терроризм. Добираюсь до регистрации моего рейса. Требуют открыть мой баул и долго выясняют для чего мне телескопические лыжные палки. Брезгливо вертят в руках мои пыльные ботинки, шарят по карманам куртки. Успокаиваются ничего не найдя и после предъявления мной сертификата о восхождении на Килиманджаро. Пожелание  приятного полёта звучит как издевательство. Я стараюсь не закипеть и только устало улыбаюсь. Пройдя все формальности, я попадаю в  посадочный терминал. У меня есть время для покупок сувениров в лавочках  Дьюти фри. Несколько ярких массайских платков, несколько бутылок  южноафриканского Шардоне,- на этом сувенирный блок  исчерпан. Есть время передать финальное сообщение на сайт. В очередной раз благодарю компанию МТС за возможность полноценной связи.
    «Здравствуйте, это  Игорь Похвалин из Найроби. Это завершающее сообщение. Экспедиция успешно заканчивается, в связи с чем, некоторые полезные выводы:
  1. Одиночная экспедиция в Танзанию с целью восхождения на Килиманджаро – возможна. Компания  «Транс Кибо», обеспечивающая приём – хорошая и надёжная. В связи с чем, большая благодарность её шефу Тому Лимо.  «Альпиндустрия»  выше всяких похвал. Спасибо Саше Абрамову, Людмиле Коробешко и Славе Ивонину.
  2. Для данной экспедиции достаточно желания, смелости  и знания английского языка.
  3. Рекомендую повторить всем желающим. Очень многое узнаёшь о себе и о мире.
Всем, кто слушал меня, спасибо за внимание и поддержку, и до следующих путешествий.
Игорь Похвалин, Найроби, 26 июня».
   Обратный путь приятен и лёгок. Самолёт летит на север,  с каждой минутой приближая меня к  близким людям и дому. За эти мгновения  можно рисковать  многим во имя Мечты.
 
 
 
   
 
 
  

Подписка на акции, специальные предложения, популярные туры, вебинары и новости от туроператора по активному и приключенческому туризму «Команда Приключений АльпИндустрия».
* Фамилия: Не указана фамилия
* Имя: Не указано имя
* E-mail: Неверный E-mail
Телефон: +7 Не указан телефон
Договор публичной оферты для физических лиц

Основные понятия
Посетитель Сайта — лицо, пришедшее на сайт http://www.alpindustria-tour.ru без цели размещения запроса/обращения.
Пользователь — физическое лицо, посетитель Сайта, принимающий условия настоящего Соглашения и желающий оставить письменные обращения, разместить запросы на участие в программах и мероприятиях Команды приключений Альпиндустрия.
Команда приключений Альпиндустрия (далее КПА) — Общество с ограниченной ответственностью "Альпайн Групп" (ОГРН 5147746028800, ИНН 7701406636, КПП 770101001, местонахождение: 105037, г. Москва, ул. Первомайская д. 18, стр. 1).
Сайт — http://www.alpindustria-tour.ru.

1. Общие положения
1.1. КПА предлагает программы и наземное обслуживание на сайте по адресу http://www.alpindustria-tour.ru или же через мобильные приложения для операционных систем iOS и Android.
1.2. Отправляя свои данные во время запросов и обращений через сайт КПА, Пользователь соглашается с условиями обработки персональных данных. В случае несогласия с настоящим Пользовательским соглашением (далее — Соглашение / Публичная оферта) Пользователь обязан немедленно прекратить использование сервиса и покинуть сайт http://www.alpindustria-tour.ru.
1.3. Настоящие Условия и информация о потребительских свойствах программ и наземного обслуживания, представленная на Сайте, являются публичной офертой в соответствии со ст.435 и п.2 ст.437 Гражданского кодекса Российской Федерации.
1.4. Соглашение может быть изменено КПА в одностороннем порядке без уведомления Пользователя/Посетителя. Новая редакция Соглашения вступает в силу по истечении 10 (Десяти) календарных дней с момента ее опубликования на Сайте, если иное не предусмотрено условиями настоящего Соглашения.
1.5. Публичная оферта признается акцептованной Посетителем Сайта с момента регистрации Посетителя на Сайте, оформления запроса или обращения без авторизации на Сайте, через мобильные приложения для операционных систем iOS и Android, а также с момента принятия от Пользователя запроса по телефонам
8 (495) 229-5070 (для звонков из Москвы) и 8 (800) 555-50-32 (для звонков из регионов, МО, кроме Москвы).
Сообщая в КПА свой e-mail и номер телефона, Посетитель Сайта/Пользователь дает согласие на использование указанных средств связи КПА, в целях осуществления рассылок рекламного и информационного характера, содержащих информацию о скидках, предстоящих и действующих акциях и других мероприятиях КПА, а также иную информацию, непосредственно связанную с выполнением обязательств Пользователем в рамках настоящей Публичной оферты.

2. Предмет соглашения
2.1. Предметом настоящего Соглашения является предоставление возможности Пользователю использовать формы коммуникаций для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности. По адресу http://www.alpindustria-tour.ru.
2.2. Данное Соглашение распространяется на все виды программ и услуг, представленных на Сайте, пока такие предложения с описанием присутствуют в каталоге КПА.

3. Регистрация на сайте
3.1. Регистрация на Сайте осуществляется с помощью стационарной страницы формы обращения или запроса.
3.2. Регистрация на Сайте не является обязательной для оформления обращения или отправки запроса.
3.3. КПА не несет ответственности за точность и правильность информации, предоставляемой Пользователем при отправке информации.
3.4. Пользователь обязуется не сообщать третьим лицам логин и пароль, указанные Пользователем при регистрации. В случае возникновения у Пользователя подозрений относительно безопасности его логина и пароля или возможности их несанкционированного использования третьими лицами, Пользователь обязуется незамедлительно уведомить об этом КПА, направив соответствующее электронное письмо по адресу: inbox@alpindustria-tour.ru.
3.5. Общение Пользователя с  менеджерами и иными представителями КПА должно строиться на принципах общепринятой морали и коммуникационного этикета. Строго запрещено использование нецензурных слов, брани, оскорбительных выражений, а также угроз и шантажа, в независимости от того, в каком виде и кому они были адресованы.

4. Конфиденциальность и защита информации
4.1. Персональные данные Пользователя обрабатывается в соответствии с ФЗ «О персональных данных» № 152-ФЗ.
4.2. При регистрации на Сайте Пользователь предоставляет следующую информацию: Фамилия, Имя, Отчество, контактный номер телефона, адрес электронной почты, дату рождения, пол и пр. информацию.
4.3. Предоставляя свои персональные данные КПА, Посетитель Сайта/Пользователь соглашается на их обработку КПА, в том числе в целях выполнения КПА обязательств перед Посетителем Сайта/Пользователем в рамках настоящей Публичной оферты, продвижения КПА своих услуг, проведения электронных и sms опросов, контроля результатов маркетинговых акций, клиентской поддержки, организации наземного сервиса, проведение розыгрышей призов среди Посетителей Сайта/Пользователей, контроля удовлетворенности Посетителя Сайта/Пользователя, а также качества услуг, оказываемых КПА.
4.4. Под обработкой персональных данных понимается любое действие (операция) или совокупность действий (операций), совершаемых с использованием средств автоматизации или без использования таких средств с персональными данными, включая сбор, запись, систематизацию, накопление, хранение, уточнение (обновление, изменение) извлечение, использование, передачу (в том числе передачу третьим лицам, не исключая трансграничную передачу, если необходимость в ней возникла в ходе исполнения обязательств), обезличивание, блокирование, удаление, уничтожение персональных данных.
4.4.1. КПА имеет право отправлять информационные, в том числе рекламные сообщения, на электронную почту и мобильный телефон Пользователя с его согласия, выраженного посредством совершения им действий, однозначно идентифицирующих этого абонента и позволяющих достоверно установить его волеизъявление на получение сообщения. Пользователь вправе отказаться от получения рекламной и другой информации без объяснения причин отказа путем информирования КПА о своем отказе по телефону 8 (495) 645-57-73 (для звонков из Москвы) и 8 (800) 775-16-30 (для звонков из регионов) либо посредством направления соответствующего заявления на электронный адрес Продавца: inbox@alpindustria-tour.ru, либо посредством сервиса автоматической отписки. Сервисные сообщения, информирующие Пользователя о запросе/обращении и этапах его обработки, отправляются автоматически и не могут быть отклонены Пользователем.
4.4.2. Отзыв согласия на обработку персональных данных осуществляется путем отзыва акцепта настоящей Публичной оферты.
4.5. КПА вправе использовать технологию «cookies». «Cookies» не содержат конфиденциальную информацию. Посетитель / Пользователь настоящим дает согласие на сбор, анализ и использование cookies, в том числе третьими лицами для целей формирования статистики и оптимизации рекламных сообщений.
4.6. КПА получает информацию об ip-адресе посетителя Сайта www.alpindustria-tour.ru. Данная информация не используется для установления личности посетителя.
4.7. КПА не несет ответственности за сведения, предоставленные Пользователем на Сайте в общедоступной форме.
4.8. КПА вправе осуществлять записи телефонных разговоров с Пользователем. При этом КПА обязуется: предотвращать попытки несанкционированного доступа к информации, полученной в ходе телефонных переговоров, и/или передачу ее третьим лицам, не имеющим непосредственного отношения к исполнению Заказов, в соответствии с п. 4 ст. 16 Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и о защите информации».

5. Срок действия Публичной оферты
5.1 Настоящая Публичная оферта вступает в силу с момента ее акцепта Посетителем Сайта/Пользователем, и действует до момента отзыва акцепта Публичной оферты.

6. Дополнительные условия
6.1. КПА вправе переуступать либо каким-либо иным способом передавать свои права и обязанности, вытекающие из его отношений с Пользователем, третьим лицам.
6.2. Сайт и предоставляемые сервисы могут временно частично или полностью недоступны по причине проведения профилактических или иных работ или по любым другим причинам технического характера. Техническая служба КПА имеет право периодически проводить необходимые профилактические или иные работы с предварительным уведомлением Пользователей или без такового.
6.3. К отношениям между Пользователем и КПА применяются положения Российского законодательства.
6.4. В случае возникновения вопросов и претензий со стороны Пользователя он должен обратиться к КПА по телефону или иным доступным способом. Все возникающее споры стороны будут стараться решить путем переговоров, при недостижении соглашения спор будет передан на рассмотрение в судебный орган в соответствии с действующим законодательством РФ.
6.5. Признание судом недействительности какого-либо положения настоящего Соглашения не влечет за собой недействительность остальных положений.
Подтвердите согласие с договором-офертой
* Код подтверждения: Неверный код подтверждения
Форма заполнена неверно
Пожалуйста, дождитесь завершения отправки данных!
Главная  >  Статьи  >  Так иногда бывает в жизни. Рассказ Игоря Похвалина о поездке в Африку.

Яндекс.Метрика Туроператор по активному и приключенческому туризму
«Альпиндустрия-Тур»

Адрес: 105037, Россия, Москва, Первомайская 18
Телефон: +7 (495) 229-50-70
Факс: +7 (499) 367-31-83
E-mail: inbox@alpindustria-tour.ru
При републикации материалов активная ссылка
на alpindustria-tour.ru обязательна.

Мы принимаем платежи: